Святитель Тихон, Патриарх Московский и всея Руси

Краткое житие святителя Тихона, Патриарха Московского и всея Руси.

празднование совершается 29 сентября – 9 октября

Святитель Тихон родился 19 января 1865 года в семье сельского священника Торопецкого уезда Псковской епархии Иоанна Беллавина. В миру он носил имя Василий. Детские и юношеские годы его прошли в деревне, в непосредственном соприкосновении с крестьянством и близости к сельскому труду. С юных лет он отличался особой религиозной настроенностью, любовью к Церкви и редкой кротостью и смирением.

Когда Василий был еще малолетним, его отцу было откровение о каждом из его детей. Однажды он с тремя сыновьями спал на сеновале. Ночью он вдруг проснулся и разбудил их. «Знаете, — заговорил он, — я сейчас видел свою покойную мать, которая предсказала мне скорую кончину, а затем, указывая на вас, прибавила: этот будет горюном всю жизнь, этот умрет в молодости, а этот, Василий, будет великим». Пророчество явившейся покойной матери отца со всей точностью исполнилось на всех трех братьях.

Учился Василий в Псковской Духовной Семинарии в 1878-1883 годах. Скромный семинарист отличался ласковым и привлекательным характером. Он был довольно высокого роста, белокурый. Товарищи любили его. К этой любви всегда присоединялось и чувство уважения, объяснявшееся его религиозностью, блестящими успехами в науках и всегдашнею готовностью помочь товарищам, неизменно обращавшимся к нему за разъяснениями уроков, особенно за помощью в составлении и исправлении многочисленных в Семинарии сочинений.

В 1888 году Василий Беллавин, 23 лет от роду, окончил Санкт-Петербургскую Духовную Академию и в светском звании получил назначение в родную Псковскую Духовную Семинарию преподавателем. И здесь он был любимцем не только всей Семинарии, но и города Пскова.

Стремясь своей чистой душой к Богу, он вел строгую, целомудренную жизнь и на 26-м году жизни, в 1891 году, принял монашество. На его постриг собрался почти весь город. Постригаемый сознательно и обдуманно вступал в новую жизнь, желая посвятить себя исключительно служению Церкви. Ему, с молодости отличавшемуся кротостью и смирением, было дано имя Тихон в честь святителя Тихона Задонского.

Из Псковской Семинарии иеромонаха Тихона перевели инспектором в Холмскую Духовную Семинарию, где он вскоре стал ее ректором в сане архимандрита. На 34-м году жизни, в 1898 году, архимандрит Тихон был возведен в сан епископа Люблинского с назначением его викарием Холмской епархии.

Епископ Тихон ревностно отдавался работе по устройству нового викариатства, а обаянием своего нравственного облика он приобрел всеобщую любовь не только русского населения, но и литовцев и поляков.

14 сентября 1898 года владыка Тихон был направлен для несения ответственного служения за океан, в далекую американскую епархию в сане епископа Алеутского, с 1905 года — архиепископа. Возглавляя Православную Церковь в Америке, архиепископ Тихон много сделал в великом деле распространения Православия, в благоустройстве своей огромной епархии, в которой он учредил два викариатства, и в постройке храмов для православных русских людей. А любовным ко всем отношением, в частности, в устройстве дома для безвозмездного приюта и питания бедняков-переселенцев из России, он завоевал всеобщее уважение. Американцы избрали его почетным гражданином Соединенных Штатов.

В 1907 году он вернулся в Россию и был назначен на Ярославскую кафедру. Одним из первых распоряжений по епархии скромного и простого архипастыря было категорическое запрещение духовенству при личных к нему обращениях класть вошедшие в обычай земные поклоны. И в Ярославле он быстро приобрел любовь своей паствы, оценившей его светлую душу, что выразилось, например, в избрании его почетным гражданином города.

В 1914 году он — архиепископ Виленский и Литовский. После перевода в Вильно он сделал особенно много пожертвований в различные благотворительные учреждения. Здесь также выявилась его натура, богатая духом любви к людям. Он напрягал все свои силы к тому, чтобы помочь несчастным обитателям Виленщины, лишившимся благодаря войне с немцами своего крова и средств к существованию и толпами шедшим к своему архипастырю.

После Февральской революции и сформирования нового Синода владыка Тихон стал его членом. 21 июня 1917 года Московский епархиальный съезд духовенства и мирян избрал его своим правящим архиереем, как ревностного и просвещенного архипастыря, широко известного даже за пределами своей страны.

15 августа 1917 года в Москве открылся Поместный Собор, и Тихон, архиепископ Московский, став его участником, был удостоен сана митрополита, а затем был избран и председателем Собора.

Собор ставил своей целью восстановить жизнь Русской Православной Церкви на строго канонических началах, и первой большой и важной задачей, остро вставшей перед Собором, было восстановление Патриаршества. При избрании Патриарха решено было голосованием всех членов Собора избрать трех кандидатов, а затем предоставить воле Божией посредством жребия указать избранника. Свободным голосованием членов Собора на Патриарший престол были избраны три кандидата: архиепископ Харьковский Антоний, архиепископ Новгородский Арсений и митрополит Московский Тихон.

Перед Владимирской иконой Божией Матери, принесенной из Успенского собора в храм Христа Спасителя, после торжественной Литургии и молебна 5 ноября схииеромонах Зосимовой пустыни Алексий, член Собора, благоговейно вынул из ковчежца один из трех жребиев с именем кандидата, и митрополит Киевский Владимир провозгласил имя избранника — митрополита Тихона.

Став во главе русских иерархов, Патриарх Тихон не изменился, он остался таким же доступным, простым, ласковым человеком. Все, соприкасавшиеся со Святейшим Тихоном, поражались его удивительной доступностью, простотой и скромностью. Широкую доступность Святейшего нисколько не ограничивал его высокий сан. Двери его дома всегда были для всех открыты, как открыто было каждому его сердце — ласковое, отзывчивое, любвеобильное. Будучи необыкновенно простым и скромным как в личной жизни, так и в своем первосвятительском служении, Святейший Патриарх не терпел и не делал ничего внешнего, показного. Но мягкость в обращении Святейшего Тихона не мешала ему быть непреклонно твердым в делах церковных, где было нужно, особенно в защите Церкви от ее врагов.

Неизмеримо тяжел был его крест. Руководить Церковью ему пришлось среди всеобщей церковной разрухи, без вспомогательных органов управления, в обстановке внутренних расколов и потрясений, вызванных всевозможными «живоцерковниками», «обновленцами», «автокефалистами». Ситуация осложнялась и внешними обстоятельствами: сменой политического строя и приходом к власти богоборческих сил, голодом, гражданской войной. Это было время, когда отбиралось церковное имущество, когда духовенство подвергалось преследованиям и гонениям, массовые репрессии захлестнули Церковь Христову. Со всех концов России приходили к Патриарху известия об этом.

Своим исключительно высоким нравственным и церковным авторитетом Патриарх смог собрать воедино распыленные и обескровленные церковные силы. В период церковного безвременья его незапятнанное имя было светлым маяком, указывающим путь к истине Православия. Своими посланиями он звал народ к исполнению заповедей Христовой веры, к духовному возрождению через покаяние. А его безукоризненная жизнь была примером для всех.

Для спасения тысяч жизней и улучшения общего положения Церкви Патриарх принял меры к ограждению священнослужителей от чисто политических выступлений. 25 сентября 1919 года, уже в самый разгар гражданской войны, он издал Послание с требованием к духовенству не вступать в политическую борьбу. Летом 1921 года разразился голод в Поволжье. В августе Патриарх Тихон обратился с Посланием о помощи голодающим, направленным ко всем русским людям и народам Вселенной, и благословил добровольное пожертвование церковных ценностей, не имеющих богослужебного употребления. Но новой власти этого было мало. Уже в феврале 1922 года был издан декрет, согласно которому изъятию подлежали все драгоценные предметы. Согласно 73-му апостольскому правилу такие действия являлись святотатством, и Патриарх не мог одобрить такого изъятия, выразив свое негативное отношение к происходящему произволу в послании, тем более, что у многих возникли сомнения в том, что все ценности пойдут на борьбу с голодом. На местах насильственное изъятие вызвало повсеместное народное возмущение. По России прошло до двух тысяч процессов и расстреляно было более десяти тысяч верующих. Послание Патриарха было расценено как саботаж, в связи с чем он находился в заключении с апреля 1922 года по июнь 1923 года.

Особенно много послужил Русской Православной Церкви Святейший Тихон в мучительную для Церкви пору так называемого «обновленческого раскола». Святейший проявил себя верным служителем и исповедником неповрежденных и неискаженных заветов истинной Православной Церкви. Он был живым олицетворением Православия, что бессознательно подчеркивали даже враги Церкви, называя ее членов «тихоновцами».

«Прошу верить, что я не пойду на соглашения и уступки, которые поведут к потере чистоты и крепости Православия», — твердо и авторитетно говорил Патриарх. Будучи добрым пастырем, отдавшим всего себя делу Церкви, он к тому же призывал и духовенство: «Посвящайте все свои силы на проповедь слова Божия, истины Христовой, особенно в наши дни, когда неверие и безбожие дерзновенно ополчились на Церковь Христову. И Бог мира и любви будет со всеми вами!»

Крайне больно было переживать все церковные беды любящему, отзывчивому сердцу Патриарха. Внешние и внутренние церковные потрясения, «обновленческий раскол», непрестанные первосвятительские труды и заботы по устроению и умиротворению церковной жизни, бессонные ночи и тяжелые думы, более чем годичное заключение, злобная, гнусная травля со стороны врагов, глухое непонимание и неуемная критика со стороны подчас и православной среды подточили его когда-то крепкий организм. Начиная с 1924 года Святейший Патриарх стал сильно недомогать.

В воскресенье, 5 апреля 1925 года он служил последнюю Литургию. Через два дня Святейший Патриарх Тихон умер. В последние мгновения своей жизни он обратился к Богу и с тихой молитвой благодарности и славословия, крестясь, произнес: «Слава Тебе, Господи, слава Тебе…» — в третий раз перекреститься он не успел.

Проститься с Патриархом пришло около миллиона человек, хотя Большой собор Донского монастыря Москвы не мог вместить всех прощавшихся в продолжение ста часов.

На ответственном посту Первосвятителя Русской Церкви Святейший Тихон пробыл семь с половиной лет. Трудно представить Русскую Православную Церковь без Патриарха Тихона в эти годы. Так неизмеримо много сделал он и для Церкви, и для укрепления самой веры в тяжелые годы испытаний, выпавших на долю верующих.

Источник: https://akafist.ru/saints/svjatitel-tixon-patriarx/

Храм Святителя Тихона, Патриарха Всероссийского, в Московском

Эта статья опирается на источники, аффилированные с предметом статьи или иной заинтересованной стороной. Это может вызвать сомнения в нейтральности и проверяемости представленной информации. Такие источники также не показывают значимость предмета статьи. Статью можно улучшить, использовав независимые вторичные источники вместо аффилированных.

Православный храм

Храм Святителя Тихона, Патриарха Всероссийского, в Московском


Храм в июле 2009 года

55°36′24″ с. ш. 37°21′17″ в. д.HGЯOL

Страна

Россия Россия

Город

Москва

Конфессия

православие

Епархия

Московская городская

Благочиние

Ильинское благочиние

Первое упоминание

1994 год

Дата основания

1995 год

Строительство

1996—2001 годы

Сайт

св-тихон.рф

Патриарха Всероссийского, в Московском Храм Святителя Тихона на Викискладе

Храм Святителя Тихона, Патриарха Всероссийского — православный храм, принадлежащий к Ильинскому благочинию Московской городской епархии Русской православной церкви. Находится в городе Московском Новомосковского административного округа Москвы.

История

В 1994 году на территории Московского было принято решение построить молельный дом баптистов. Это решение вызвало резонанс среди православного населения посёлка — оно, будучи более многочисленной общиной, не имело своего храма. В октября 1994 года начался сбор подписей под письмом с просьбой о приостановлении строительства баптистской церкви. Строительство приостановили, а в марте 1995 года в посёлке был проведён референдум, целью которого было решить, какой храм будет построен — баптистский или православный. На голосовании более 700 человек выбрали строительство православного храма и всего 14 — баптистского. После этого был проведён сбор подписей под письмом о выделении земельного участка для строительства храма. Под ним подписалось 7203 человека. 30 ноября 1995 года главой Московского сельского округа было подписано соответствующее распоряжение.

Приход был назван в честь святителя Тихона, патриарха Всероссийского. Первоначально службы проводились в одной из квартир посёлка. Это помещение было выделено дирекцией агрокомбината «Московский». Строительство малого храма закончилось 9 октября 1996 года, и 20 октября 1996 года в нём состоялась первая служба. По замыслу авторов проекта рядом с малым храмом должен был возвышаться основной храм. 16 октября 1996 года был заложен камень в основание будущего храма и установлен крест . Основное здание храма было построено в 2001 году. 2 марта 2003 года состоялось освящение храма. Для проведения церемонии в Московский приехал митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий.

Когда начались богослужения в большом храме, малый храм по благословению митрополита Ювеналия был переименован в честь праздника Рождества Иоанна Предтечи.

С 2003 года при храме действует воскресная школа, которую посещает около тридцати детей. В 2007 году открылась приходская библиотека, содержащая православную духовную и художественную литературу для взрослых и детей, а также видеофильмы. Имеется пункт вещевой помощи бездомным.

Ссылки

  • Официальный сайт.
  • Старая версия официального сайта.

Источник: https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D0%B0%D0%BC_%D0%A1%D0%B2%D1%8F%D1%82%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%BB%D1%8F_%D0%A2%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%BD%D0%B0,_%D0%9F%D0%B0%D1%82%D1%80%D0%B8%D0%B0%D1%80%D1%85%D0%B0_%D0%92%D1%81%D0%B5%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE,_%D0%B2_%D0%9C%D0%BE%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%BC

Святитель Тихон (фотография из коллекции К. Бенедиктова)

Весной 1925 года закончил земной путь великий подвижник, тихий и добрый пастырь Патриарх Тихон.

«Вот, идет Божия Матерь за душою Патриарха Тихона со святым Василием Великим, который много помогал ему при жизни в управлении Церковью», ― во сне эти слова услышал некий врач и рассказывал об этом митрополиту Евлогию, Патриаршему экзарху Западной Европы. Дело было в Париже. На другой день в газетах писали о кончине Патриарха Тихона. Именно в тот момент, когда Патриарх Тихон умирал, и было видение этому доктору.

Святитель Тихон преставился 7 апреля на праздник Благовещения Пресвятой Богородицы. В 23 часа 45 минут он спросил: «Который час?» Получив ответ, сказал: «Ну, слава Богу». Потом трижды повторив: «Слава Тебе, Господи!» и перекрестившись два раза, тихо отошел ко Господу.

Мы записали рассказ благочинного Донского ставропигиального мужского монастыря игумена Григория (Качалова) о том, как состоялось обретение мощей Патриарха Тихона. Он является одним из очевидцев происходившего.

— Отец Григорий, расскажите, пожалуйста, хронологию событий, связанных с обретением мощей святителя Тихона.

— Во-первых, я должен сразу сказать, что на момент тех событий я был довольно молодым послушником и некоторые вещи знаю не как непосредственный участник, а как очевидец. Но то, что знаю, я расскажу.

В 1989 году состоялась канонизация Патриарха Тихона. И одним из пунктов этого непростого процесса является обретение нетленных останков. Эта процедура не является обязательной для прославления святого и не всегда возможна. И в отношении святителя Тихона в этом пункте ничего не значилось. Археолог Сергей Алексеевич Беляев, руководитель раскопок в Малом соборе, где был погребен святитель, говорил, что даже не рассматривал возможность обрести мощи, потому что на тот момент среди священнослужителей и иерархов было устойчиво мнение о том, что останков святителя Тихона в месте захоронения нет.

Когда начались раскопки, отец Даниил (Сарычев), насельник Донского монастыря, тоже говорил, что могила пуста. Это я очень хорошо запомнил. Он, еще будучи юношей, присутствовал на похоронах Патриарха и имел возможность общаться с братией монастыря, которая там частично оставалась и могла передать какие-то свидетельства. Вообще он очень почитал Патриарха Тихона, и в своих проповедях часто говорил, что видел его, для него это было очень важно подчеркнуть. Он всю жизнь ценил то, что ему посчастливилось соприкоснуться с таким человеком.

Владыка Тихон (Шевкунов) вспоминает такой момент: митрополит Николай (Ярушевич) во время служения панихиды по Патриарху Тихону открыто сказал, что мы стоим всего лишь у могилы святителя, но его здесь нет. Такое мнение бытовало и было очень правдоподобно, потому что Патриарх скончался в 1925 году — это было такое время, что ожидать, сами понимаете, можно было чего угодно. Еще при жизни в некоторых газетах святитель числился чуть ли не врагом под номером один. Но его очень любил народ, поэтому не удивительно, если бы это почитание решено было пресечь через разорение могилы Патриарха.

Донской монастырь

― Но ведь, кажется, когда в Малом соборе был запланирован ремонт, Патриарх Алексий II благословил проверить захоронение святителя Тихона, находящееся внутри храма?

― Скорее всего, это не носило такого обязательного безусловного характера. По крайней мере, когда ремонт начинался, я вместе с остальной братией принимал в нем некоторое участие, и не было даже никаких разговоров о том, чтобы что-то там искать. В храме стояло надгробие из мрамора, крест, который мы чистили, отмывали, приводили в порядок, но чтобы копать — такого разговора не было.

Но произошло непредвиденное: в монастыре случился пожар, и именно он-то и послужил отправной точкой в деле обретения святых мощей святителя Тихона, Патриарха Московского и всея Руси. После пожара не шла речь о ремонте, все было страшное, черное, все нужно было переделывать заново. Пострадало и надгробие святителя. Оно из мрамора, а это такой материал, который впитывает все, как губка. И вопрос о замене надгробия возник сам собой. Это стало поводом к тому, чтобы начать работы по исследованию могилы святителя. Все это не носило официального характера и делалось «за закрытыми дверями».

После пожара в Малом соборе было совершено два или три богослужения. По-моему, это было в день празднования памяти Архангела Михаила. Представьте, в черном, закопченном храме, где стоит страшный запах гари, стоят и молятся за богослужением люди. Многие привыкли к этому храму, помнили, какие иконы висели на местах обугленных досок. Конечно, все это носило трагический характер, прихожане стояли со слезами на глазах, мы, братья, тоже испытывали шок от произошедшего. Но эти события привели к обретению мощей Патриарха Тихона. Конечно, радость была несказанная!

Этого никто не ожидал. Когда велись работы по исследованию могилы, которые выполняли знакомые нынешнего епископа Егорьевского Тихона, мы, молодые послушники, приходили и по очереди читали Псалтирь, чтобы в храме Божием не просто велась механическая работа, а шла молитва. Среди рабочих у меня был знакомый, и я иногда просто заходил, чтобы узнать, на каком они этапе, что удалось понять. Какие-то этапы работы велись у меня перед глазами. Смутно, но я помню, как рабочие наткнулись на калориферную кладку. Дело в том, что в Малом соборе под плитами на полу проложены трубы, сделанные из кирпича в виде своеобразных арок 60 сантиметров высотой и около 40-50 сантиметров шириной. По ним от печи по всему храму расходился горячий воздух. Когда сняли первую плиту, наткнулись на эту кирпичную кладку. Затем вынули 2-3 камня, и, по-моему, отец Тихон (Шевкунов) опускал туда руку и оказалось, что там пусто. Но смущало то, что это полое пространство слишком маленькое. Если это склеп, то почему он такой небольшой… И когда стали расширять зону доступа в этот подпол, увидели, что это полое пространство располагается на большой площади. Тогда руководитель этих работ предположил, что если в этом месте что-то и есть, то копать нужно еще глубже, вниз, под эту полость. Из-за этого работы на время прекратили, я предполагаю, что по вопросу дальнейших раскопок советовались с Патриархом. Но эта заминка продлилась день, максимум два, после чего работы возобновились.

Так вот, когда стали копать дальше, наткнулись на еще более мощную плиту из бетона. В процессе ее демонтажа, появилось какое-то понимание, что под ней находится склеп. Надо сказать, что весь пол Малого собора в склепах, а эти калориферные трубы находились над ними. Так вот когда бетонная плита в месте предполагаемого захоронения святителя Тихона была снята, обнаружили довольно большое углубление. По фотографиям можно увидеть, что оно приблизительно с человеческий рост. А внутри обнаружили гроб с табличкой «Патриарх Московский и всея России Тихон…». Гроб вскрывать не стали, а позвонили Святейшему Патриарху Алексию II, к тому моменту из отъезда вернулся наместник отец Агафодор.

В первом часу ночи, минут через двадцать после звонка, приехал Патриарх, мы встретили его. Среди ночи раздался колокольный звон. Внутрь собора нас, послушников, не пустили. О происходивших там событиях мы узнали потом.

Перед гробницей отслужили молебен. После чего Святейший попросил отца Тихона приоткрыть крышку гроба и вложить туда руку, чтобы убедиться, что святитель Тихон там.

Это было 19 февраля, а сам праздник обретения мощей проходит ежегодно 22 февраля. Уверенность в том, что мощи найдены, была раньше, но 22 числа состоялось торжественное обретение. Приехали члены Святейшего Синода, все иерархи, многочисленное духовенство, отец Кирилл (Павлов), другие братия из Троице-Сергиевой лавры. Я хорошо помню тот день.

Тогда подняли гроб с мощами, в трапезной части храма поставили столы и на них подняли гроб. Раки тогда еще не было, ее только заказали. Спустя несколько дней приезжал митрополит (тогда еще архиепископ) Истринский Арсений с помощником, они совершали чин омовения и переодевали Патриарха Тихона в новые одежды. Эта процедура проходила долго, в течение нескольких часов, я ее немного помню, мы помогали ставить столы.

У владыки Тихона (Шевкунова) есть письменные воспоминания, да и так он рассказывал о том, что ему довелось почувствовать, когда по просьбе Патриарха он вложил руку в гроб святителя. Он говорил, что когда приподнял крышку гроба, было такое ощущение, что оттуда повеяло весенним воздухом, как будто после зимы полной грудью вдыхаешь эту открывающуюся весеннюю свежесть. Владыку тогда поразило, что под землей, под плитами не было ни затхлости, ни сырости.

Отец Даниил (Сарычев) также свидетельствовал о каком-то тонком-тонком запахе. Этот тонкий запах мы ощущаем до сих пор, когда на братских молебнах прикладываемся к открытым мощам Патриарха Тихона.

— Как изменилась общинная жизнь братии, после того как обрели мощи? Все знали, что святитель был здесь захоронен, но оказалось, что он никогда это место и не покидал.

— Каждый наш день в Донском монастыре начинается с молебна у мощей святителя Тихона. Здесь он служил, здесь он находился под домашним арестом, последние годы своей земной жизни отсюда управлял Церковью, сюда с просьбами и ходатайствами к нему приезжали люди. Здесь он был погребен и здесь были обретены его честные мощи. В единое целое сливаются судьба Церкви и Донского монастыря. Святейший явил свои мощи, через это он показывает, что жизнь продолжается, не оставлено служение Церкви, и он своим попечением не оставляет ни Церковь, ни нас, пребывающих здесь, в Донском монастыре.

В дни памяти Патриарха Тихона храм заполнен людьми, все стремятся исповедоваться и причаститься. И всегда в честь праздника мы открываем мощи для того, чтобы все желающие могли к ним приложиться.

У нашей братии две святыни: Донская икона Божией Матери и Патриарх Тихон.

Для меня обретение мощей связано с моим приходом в монастырь в 91 году, а эти события происходили в 92-м.

Рака с мощами святителя Тихона

— Расскажите, пожалуйста, о самой процедуре официального обретения мощей. Есть какие-то, если так можно выразиться, стандартные процедуры, установленные Церковью?

— Да. Нужен небольшой экскурс, чтобы было понятно, о чем я говорю. Во-первых, в процесс канонизации входит пункт по обретению мощей, если известно, где захоронен человек. Конечно, это касается тех святых, которые жили не так давно, преимущественно в XX веке, ведь именно в последние десятилетия произошло большое количество канонизаций новомучеников. Комиссией по канонизации исследуется жизнь святого, воспоминания его современников, где и как пострадал, умер, где захоронен. Канонизация соединена с обретением, но иногда оно предшествует канонизации.

Очень важное значение имеет состояние останков при их визуализации. Мощи Патриарха Тихона сохранились почти полностью. Целы все кости и часть тканей, например, рука. Но не будем вдаваться в подробности. Поэтому не менее важное значение имеет омовение мощей.

— Как это происходит?

— Омывают розовым маслом, возможны и другие составы. Меняют облачение и обязательно служат молебны, чтобы молитвенно воздать славословие святому, который жил, трудился и стяжал бессмертие перед Богом.

— А облачения, в которых Патриарх Тихон был захоронен, были сняты и помещены в музей?

— Да. Он был одет в куколь, саккос, на груди были панагии, а сверху он был покрыт Патриаршей мантией. Все это было отправлено на реставрацию, если не ошибаюсь, в Пюхтицы.

Саккос был практически полностью цел, чуть истлела лишь задняя сторона, а передняя часть со всеми серебряными украшениями требовала лишь небольшой очистки. Это очень красивое облачение принадлежало, по-моему, мастерским Оловянишникова. Кстати, именно с этим облачением связаны слухи о том, что Патриарха Тихона нет в могиле в Донском монастыре. Дело в том, что все присутствующие на его погребении видели, что его хоронят в этом одеянии. А через какое-то время глава обновленческой «Церкви» Введенский стал служить в точно таком же облачении. По Москве пошли слухи. Даже Патриарх Алексий I выкупил у дочери Введенского это облачение и отдал в археологический кабинет Троице-Сергиевой лавры. И в экспозиции оно было подписано как облачение Патриарха Тихона. Но оказалось, что это облачение было вторым экземпляром. А то, которое принадлежало святителю Тихону, так и осталось при нем вплоть до обретения его честных мощей. Сейчас все те предметы, которые были в гробе Патриарха, находятся в музее Донского монастыря. Среди них две панагии. Одна, золотая, абсолютно цела, если не ошибаюсь на ней изображена Ярославская икона Божией Матери. Она была подарена святителю в Ярославской епархии от духовенства и прихожан всей области, когда тот был там архиепископом. Он очень любил ее и был в ней в день захоронения. Вторая панагия не сохранилась, остался только серебряный ободочек, она была сделана из кости мамонта, но вся рассыпалась.

— Кость мамонта рассыпалась, а кости праведника не тронул тлен. «Хранит Господь вся кости их, и ни едина от них не сокрушится».

— Я думаю, это можно расценивать как некое указание Божие. В мире все, казалось бы, подчинено материальным законам. Но существуют еще и высшие законы, которые расставляют приоритеты по-другому.

— Как ухаживают за мощами?

— Время от времени меняют куколь, подушечку, покровцы. Их подбирают в зависимости от богослужения и праздника. У нас есть ризничий, отец Сергий, который ответственен за это послушание.

Малый собор Донского монастыря

— Где изначально находилась рака с мощами?

— Первоначально раку с мощами поставили в Малом соборе на том же самом месте, где святитель был захоронен. И надо сказать, что это было неслучайно. Непосредственно через стену похоронен келейник Патриарха Яков Полозов. Они со святителем были очень близки. И Патриарх еще при жизни сказал ему: «Мы с тобой будем похоронены рядом». Так и получилось. Никто об этом не думал, специально не подгадывал, но по одну сторону храмовой стены упокоился Патриарх, а с другой стороны стены, под окном, лежит его келейник. Кстати, если я не ошибаюсь, в Зарубежной Православной Церкви он причислен к лику святых как мученик. Дело в том, что те пули, которые предназначались Патриарху во время покушения на него около его домика у северных врат, достались Якову. Известно, что святитель очень скорбел по своему послушнику. И до недавнего времени их разделяла только храмовая стена.

Но так как большая часть праздничных богослужений проходит в Большом соборе, то первоначально было решено приносить в него мощи на летний период, а зимой их возвращали в Малый собор. И пять-шесть лет так и было, дважды в году приезжал Святейший Патриарх Алексий II с духовенством и мощи торжественно переносили.

Игумен Григорий (Качалов)

— Каким был Патриарх Тихон?

— Святителю была присуща простота и близость к людям. Он ездил в обычной повозочке, служил в московских приходах, встречался с людьми.

Здесь, в Донском монастыре, он находился под охраной чекистов. Сюда же приходили различные известия, о расстрелах, о закрытии и разорении храмов. Патриарх Тихон был вынужден воспринимать все это, не имея возможности что-то изменить. Он пропускал через себя эти известия, эту боль и страдания, приходящие со всех губерний. Такие испытания дано пройти не каждому. Его очень любил народ, как при жизни, так и сейчас к нему приходят и просят святителя о помощи. Раньше в монастыре собирались чудеса, совершенные по молитвам Патриарха, и известны случаи исцеления от тяжелых заболеваний. Поэтому мы живем под его омофором.

Беседовала Елена Варова

Московская городская епархия

Источник: http://moseparh.ru/sredi-nochi-razdalsya-kolokolnyj-zvon-kak-byli-obreteny-moshhi-svyatitelya-tixona-patriarxa-moskovskogo.html

Мощи святителя Тихона

Глава из книги «“Несвятые святые” и другие рассказы»

Одной из загадок церковной жизни в советские времена была судьба мощей святого Патриарха Тихона, похороненного в 1925 году в Малом соборе московского Донского монастыря. В 1946 году на панихиде у его гробницы митрополит Крутицкий и Коломенский Николай (Ярушевич) с грустью произнес: «Мы молились сейчас только над могилой Святейшего. Тела его здесь нет».

Обретение мощей патриарха Тихона в Донском монастыре

Для подобной уверенности были все основания. То, что останки Патриарха Тихона могли быть уничтожены, никого не удивляло: если православные относились к почившему главе Русской Церкви как к святому, то ненависть к нему со стороны большевиков была исключительной даже на фоне остервенелого советского богоборчества. В списке врагов советской власти, опубликованном в одном из номеров газеты «Известия», Патриарх Тихон значился под номером один.

По слухам, в 1927 году, после закрытия Донского монастыря, власти, опасаясь, что мощи Патриарха станут предметом поклонения, извлекли его гроб из могилы и сожгли в крематории. По другим сведениям, останки Святейшего были тайно вывезены монахами и упокоены на Немецком кладбище в Лефортове. Сторонники третьей версии утверждали: понимая, что власти могут надругаться над останками Патриарха, монахи вскоре после погребения перезахоронили их где-то в некрополе Донского монастыря.

Эти предположения переросли в настоящую убежденность, когда в 1932 году предводитель поддерживаемых советской властью церковных раскольников‑обновленцев «митрополит» Александр Введенский вдруг появился перед своими почитателями в архиерейских одеждах, в которых москвичи сразу узнали драгоценные облачения, сшитые специально для Патриарха Тихона на знаменитой фабрике купцов братьев Оловянишниковых. В них же Патриарха Тихона и хоронили.

И все же надежда, что мощи любимого всей Церковью Патриарха однажды будут найдены, оставалась.

***

Когда стала возрождаться монашеская жизнь в Донском монастыре, одной из первых просьб, с которой немногочисленная тогда братия обители обратилась к своему настоятелю Патриарху Алексию II, было прошение о поисках мощей святителя Тихона. Святейший с радостью благословил нас на эти труды. Если бы мы тогда знали, с какими происшествиями это будет связано и как прекрасно все закончится!

Вскоре представилась удобная возможность. Начался ремонт в Малом соборе Донского монастыря. Храм закрыли на несколько месяцев, и в это время как раз бы и начать поиски… но под разными предлогами они откладывались, и вот ремонт был уже завершен. В храме возобновились службы, время оказалось упущенным. А если сказать честно, патриаршим благословением мы тогда легкомысленно и весьма глупо пренебрегли, ссылаясь на разные «причины и обстоятельства». За что и поплатились. Причем очень скоро. Хотя, как и всегда, Господь сами наши ошибки управил к общему вразумлению и к торжеству Своего верного святого новомученика Патриарха Тихона.

Был ноябрь 1991 года. Наместник, архимандрит Агафодор, закончив с ремонтом, отправился в служебную поездку и оставил меня в монастыре за старшего. Забот было не особенно много, если бы не досадный конфликт с какими-то странными людьми, свалившимися на наши головы. Они представлялись священниками и мирянами Русской Зарубежной Церкви, хотя никакого отношения к ней, как впоследствии выяснилось, не имели. Со скандалами и бесчинствами они во что бы то ни стало пытались устроить в монастыре свои богослужения без благословения Патриарха. Мы уговаривали, увещевали их как могли и наконец, поняв, что ничто не помогает, решительно выставили незваных гостей за ограду. Но те затаили злобу.

18 ноября отмечался день, когда в 1917 году на Поместном Соборе святителя Тихона избрали Патриархом Всероссийским (на него, одного из трех кандидатов, пал тогда жребий). Я прихворнул, но все же служил в тот день литургию, а потом и панихиду: это была еще и годовщина смерти отца Рафаила (Огородникова). Вообще 18 ноября — для меня какая-то необычайная дата. В 1988 году в этот день разбился отец Рафаил, а в 1993‑м умерла Валентина Павловна Коновалова, «московская купчиха», духовная дочь отца Иоанна. История, о которой я рассказываю, тоже произошла 18 ноября. Но это к слову.

На литургии я впервые в своей священнической жизни заготавливал запасные Святые Дары для причащения больных. Хотя по церковным правилам это делается в Великий Четверг, но накануне ночью ко мне приехал мой друг, скульптор Вячеслав Михайлович Клыков, с просьбой срочно причастить и соборовать заболевшего знакомого. Однако выяснилось, что в нашем храме запасных Святых Даров нет: их, оказывается, никогда здесь и не готовили.

Слава Богу, с приятелем Клыкова все обошлось благополучно. Ночью я соборовал его, а наутро больного причастил священник из другого храма. Чтобы больше подобного не случалось, я под руководством нашего старенького иеромонаха отца Даниила подготовил запасные Святые Дары и поставил их в специальном ковчеге на престоле.

После вечерней службы меня пришел навестить мой друг Зураб Чавчавадзе с банкой малинового варенья. Мы пили чай, когда позвонил дежурный и с тревогой сообщил, что к воротам подъехали несколько пожарных расчетов и их командир уверяет, что они срочно должны тушить у нас какой-то пожар.

— У нас что-то горит? — удивился я.

— Нет конечно! — успокоил меня дежурный. — Это у их командира, наверное, внутри горит…

Я все понял. Неподалеку от нас располагалась пожарная часть, руководство которой дружило с отцом Агафодором. Один из офицеров был большой любитель посидеть с батюшкой за столом, пофилософствовать о жизни. Однажды в период такого философско-алкогольного обострения он уже рвался в монастырь среди ночи. Теперь, видимо, история повторялась.

Я повесил трубку, но через минуту снова раздался звонок. Дежурный сообщал, что пожарные не унимаются. Это было уже чересчур. Пришлось нам с Зурабом одеваться, а мне еще и потеплее кутаться после малинового варенья, и идти разбираться.

— Что случилось? — крикнул я, чтобы было слышно за воротами.

— Пожар! У вас пожар! — донеслось оттуда.

— Может, что-то повеселее придумаете? – язвительно поинтересовался я.

— К нам поступил вызов! – не унимались с той стороны.

— Это какая-то ошибка, можете сами убедиться, — ответил я, все же приоткрывая ворота.

У монастырских стен действительно стояли две пожарные машины с полными расчетами. Несколько человек в блестящих касках вошли в монастырь. Они сами были в недоумении.

— Позвонила женщина, мы думали, от вас. Сказала: в Донском пожар, срочно выезжайте.

Чтобы окончательно убедиться, что произошло недоразумение, я предложил вместе пройтись по монастырю. Мы направились к центральной площади. Стояли уже поздние сумерки, но все было отчетливо видно. Обычные тишина и покой, ничто не вызывало тревоги.

— Вот видите, — улыбнувшись, обратился я к пожарным.

И в этот момент в окнах Малого собора Донского монастыря полыхнула яркая вспышка, раздался звон разбивающихся стекол и из оконных рам вырвалось оранжевое пламя с клубами черного дыма.

Пожарные бросились к своим машинам. А мы с Зурабом замерли разинув рты. Потом как сумасшедшие закричали:

— Пожар!!! Пожар!!! — И кинулись к храму.

Мимо нас с ревом промчались пожарные машины. Но храм уже полыхал вовсю. В оконных проемах бушевал огонь, дым мрачным клубящимся столбом поднимался в московское вечернее небо.

Не буду долго описывать эту страшную ночь. Только в третьем часу пожарные разрешили нам войти в храм. То, что предстало нашему взору, было поистине ужасно. Черные стены и потолок, обуглившиеся кивоты, иконы, все залито водой, нестерпимый запах гари…

Один из пожарных позвал меня за собой вглубь храма и по пути озвучил свои первые выводы о причине возгорания. Огонь возник, как он утверждал, прямо у надгробия Патриарха. Поскольку стены в храме были выкрашены горючей масляной краской, пламя распространилось моментально.

— А вот это действительно странно, — сказал пожарный, указывая на иконостас.

Деревянные тябла и иконы хотя и почернели от копоти, но даже не обуглились. Иконостас полностью сохранился. Я с замиранием сердца вошел в алтарь и увидел, что здесь тоже, кроме копоти, ничего затронуто не было. Когда я вернулся к офицеру, тот объяснил мне свое недоумение.

— Рядом с иконостасом все выжжено, а сам он почему-то цел. Он же деревянный, не из металла?

— Очень старое дерево.

— Как же он не сгорел? Удивительно…

Тут я вспомнил и сказал:

— А!.. Мы же утром поставили на престол Святые Дары!

— Поставили что?

Я попытался объяснить. Офицер вежливо выслушал и, откашлявшись, спросил:

— Вы всерьез считаете, что это имеет какое-то отношение к сохранности дерева от огня?

— Не знаю. Просто я говорю, что утром мы поставили на престол Святые Дары.

— М‑мм… Понятно, — недоверчиво протянул офицер. — Впрочем, такое случается иногда. Все вокруг горит, а какие-то предметы остаются. В нашем деле чего только не бывает.

В тот же день началось следствие. Оказалось, что очаг возгорания действительно возник у самой гробницы святителя Тихона. Окно здесь всегда держат приоткрытым, и, как предположили следователи, злоумышленник бросил в храм простейшую бомбу с зажигательной смесью. Стены, выкрашенные масляной краской, сразу занялись. При этом у преступника было достаточно времени, чтобы выйти из монастыря незамеченным, с последними посетителями.

Выяснились и обстоятельства, благодаря которым пожар так быстро обнаружился. Одна из наших прихожанок, живущая напротив Донского монастыря, имела обыкновение читать вечерние молитвы на балконе. Она-то и увидела вспышку в окне храма и сразу позвонила в пожарную часть.

Спустя день мы служили в сгоревшем соборе всенощную под память Архистратига Михаила. Хор пел «Хвалите имя Господне», я совершал праздничное каждение, а люди, стоя среди родных, почерневших от копоти стен и обгоревших до головешек кивотов, не могли сдержать слез. Переносить службу в другой монастырский храм мы не хотели: нельзя было допустить людей до мысли, что это тяжелое испытание — просто игра слепого случая и Господь не обратит наши смятение и скорбь в радость, в торжество веры и надежды на непостижимый для нас всеблагой Его Промысл. Именно об этом я и говорил в тот вечер в проповеди перед нашими прихожанами.

Надо было приступать к ремонту в храме. Меньше недели мы прослужили здесь после реставрации, и вот Господь снова предоставлял нам недавно упущенную возможность начать поиски мощей святителя Тихона.

Мы снова обратились к Святейшему, и он подтвердил свое благословение на раскопки, наказав лишь действовать аккуратно и осмотрительно. Мы понимали его тревогу. Кое-кто вообще уговаривал Патриарха не разрешать поиски, поскольку возможность обнаружения останков святителя весьма мала. А вот если распространится слух, что мощи Патриарха Тихона искали и не нашли, тогда, предупреждали осторожные советчики, проблем не оберешься: раскольники и недоброжелатели Церкви сразу пустят слух, что святитель Тихон сам не захотел пребывать своими мощами в патриаршей Церкви. Но, слава Богу, Патриарх Алексий твердо сказал: если мы обретем мощи, будет великий праздник; если же их там нет, мы ни от кого не станем этого скрывать.

Людей, совершивших поджог, так и не нашли. Братия монастыря и некоторые прихожане представляли себе, кто бы это мог быть, но даже как-то жалели их и в душе предали на милостивый суд Божий. Тем более что теперь, по прошествии времени, видно, насколько промыслительно было попущено это злодеяние. Именно в период второго, затянувшегося ремонта Малого собора Донского монастыря и были обретены мощи святителя.

Вечером в праздник Сретения Господня мы совершили молебен у гробницы Патриарха Тихона и приступили к раскопкам. Об этом знали немногие: Святейший Патриарх Алексий II, несколько монахов, два старца — архимандрит Кирилл из Свято-Троицкой Сергиевой лавры, архимандрит Иоанн из Псково‑Печерского монастыря и те, кого мы попросили нам помочь: Вячеслав Михайлович Клыков со своими подмастерьями и художник Алексей Валерьевич Артемьев. Руководил нами ученый-археолог Сергей Алексеевич Беляев. Раньше он принимал участие в обретении мощей преподобного Амвросия Оптинского, занимался раскопками в Дивееве и на Херсонесе.

Сначала сняли надгробие. Его мрамор после пожара стал почти коричневым. Углубившись сантиметров на тридцать, мы обнаружили массивную мраморную плиту с надписью: «Святейший Тихон, Патриарх Московский и всея России». Именно таков был в начале двадцатого века титул русских Патриархов. Находка нас весьма воодушевила. Мы стали копать дальше и на глубине около метра увидели то, что искали, — каменный свод склепа. Взявшись за работу с утроенной энергией, к утру мы аккуратно расчистили весь склеп. Когда из свода удалось вынуть несколько камней, я просунул зажженную свечу в образовавшееся отверстие и заглянул внутрь. Склеп был пуст. Свет свечи выхватил лишь пыльные клоки старой паутины.

Когда я объявил об этом своим друзьям, все в изнеможении опустились на пол кто куда и, понурившись, сидели некоторое время молча. Потом один за другим бросились проверять: вдруг я ошибся, может, в обширном склепе остались хотя бы частицы мощей или щепки гроба, оброненные при вскрытии могилы Патриарха? Однако ничего-ничего не было… Оправдывались наши худшие опасения.

Немного придя в себя, мы решили хотя бы задокументировать размеры и состояние склепа. Но когда кто-то стал измерять его длину, прут длиной два метра неожиданно полностью ушел и вправо, и влево. То же произошло и с восьмиметровым прутом. Мы поспешили обследовать подземное сооружение и вскоре поняли, что обнаружили не склеп, а часть отопительной системы храма — каменных труб, расположенных под полом, по которым проходил горячий воздух от печи. На месте могилы Патриарха калорифер зачем-то значительно расширили, так что действительно образовывалось подобие склепа. Да и кладка здесь выглядела новой по сравнению с другими частями каменной подземной трубы. Возможно, это действительно был разоренный склеп. Но, может быть, могила располагалась намного глубже. А то, что мы обнаружили, представляло собой ложный склеп, устроенный, чтобы сбить с толку большевиков и навести их на мысль, что гроб с телом Патриарха уже изъят и где-то перезахоронен.

А тут еще отец Даниил привел одного старичка, который утверждал, что ему якобы доподлинно известно: святитель Тихон похоронен пятью метрами восточнее предполагаемой его гробницы. Мнения разделились, и наутро мы отправились к Святейшему — испрашивать благословения, как поступать дальше. Выяснив все подробности, Патриарх благословил продолжать поиски на том же месте.

Наконец, уже ближе к ночи, перед нами предстал настоящий склеп Патриарха. Сомнений в этом не было. Он являл собой мощное сооружение, покрытое огромной плитой, на наше счастье, оказавшейся не цельной, а состоящей из нескольких массивных каменных секций. Мы подняли одну из этих глыб. Я лег на живот и опустил свечу внутрь. Помню, меня сразу поразил аромат весенней свежести, исходящий из подземной усыпальницы. Все сгрудились вокруг. Передо мной был тонкой, изысканной резьбы дубовый гроб, описание которого я хорошо знал. На нем лежала мраморная табличка. При мерцании свечи я прочел: «Патриарх Московский и всея России Тихон».

Мы не верили своему счастью. Отец Агафодор сразу ушел звонить Патриарху Алексию. Было уже поздно, около полуночи, но в Патриархии только что закончилось заседание Священного Синода. Минут через двадцать Святейший был в Донском. К его приезду мы подняли остальные плиты над склепом и встречали Патриарха праздничным колокольным звоном. В полночь он звучал как на Пасху.

Трудно передать, какие чувства испытывали мы в ту ночь, стоя у открытой могилы святителя Тихона. Не верилось, что все закончено и мощи перед нами. Наверное, такое же чувство было у Патриарха Алексия. Но все же он сказал мне:

— Все-таки следует посмотреть, здесь ли мощи?

Я надел епитрахиль, потому что к мощам можно прикасаться только в священной одежде, и спустился в склеп. Поддев гвозди и приподняв резную крышку гроба, я с замиранием сердца вложил внутрь руку. Пальцы мои ощутили сначала ткань, потом плечо…

— Здесь!!! — закричал я что есть силы.

— Всё! Назад, назад! Закрывайте скорей! — услышал я сверху взволнованный голос Патриарха.

Это произошло 19 февраля, а спустя три дня в монастырь приехали Святейший Патриарх, члены Синода, духовники Троице-Сергиевой лавры архимандрит Кирилл и архимандрит Наум. Когда подняли обветшавшую крышку гроба с осыпающейся на глазах резьбой, перед нами предстали нетленные мощи святителя Тихона, покрытые бархатной патриаршей мантией.

Еще через несколько дней мы омыли святые мощи по древнему чину, облачили их в новые святительские одежды и уложили в специально изготовленную раку. На Патриархе были те самые знаменитые облачения, сделанные на фабрике Оловянишниковых. Мы потом еще долго ломали головы, каким образом эти же облачения оказались у лжемитрополита Введенского.

Перенесение мощей патриарха Тихона или Благовещение в Донском монастыре. Художник: Ф. Москвитин

Несмотря на то что в склепе была очень высокая влажность, тело Патриарха Тихона, пролежав в земле шестьдесят семь лет, сохранилось почти полностью. Примечательно, что одна из панагий — наперсных икон, символов архиерейской власти, покоившаяся на груди святителя Тихона, была сделана из кости мамонта, но полностью превратилась в прах. Остался только серебряный оклад. Нам тогда невольно вспомнилась строка из Псалтири: «Хранит Господь вся кости их». Хотя сохранились не только кости святого Патриарха, но и большая часть тела. А также великий патриарший параман, четки, монашеский параман, нательный крестик, драгоценная золотая панагия, подаренная, еще в бытность Патриарха архиепископом Ярославским духовенством и прихожанами этой епархии. Обнаружилась даже ветка вербы (святителя Тихона хоронили на Вербное воскресенье) и флакончик с благоухающим розовым маслом, которое возливали на тело Патриарха перед погребением.

***

Через некоторое время наш археолог Сергей Алексеевич Беляев все-таки докопался и до разгадки, почему на лжемитрополите Александре Введенском оказались патриаршие облачения. На фабрике Оловянишниковых их сделали не одно, а два. Теперь то из них, которое действительно принадлежало святителю Тихону, выставлено в музее московского Донского монастыря.

Источник: https://pravoslavie.ru/57507.html

Рубрики: Записи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *